Доброе утро!
Я прошу меня простить за то, что я пропустила вчера Урок. Что-то тут много дел. Мне хочется сегодня прочитать один мой Урок, беседу со Светлыми Силами. Это уже было. Но почему-то сегодня хочется так вот.
«- Мы знаем, человек, дитя, рождённое от Бога, а нас хотят уверить, что он раб.
— Он раб своих поступков, не себя.
— Но поступки идут из глубины его.
— Нет, он Бог, он в Божьем творении может поступать по выбору свободы.
— Свободный человек не ждет любви и не нуждается в заботах. Заботы у него иные. Заботы заключаются в трудах, в его работе. Есть Бог и искорка Его, и боль Его, Его печали, и человек он изначален.
— Да, это так, он искорка Его, Ее и всех, стоящих в колыбели. Искра Любви Отцов и Матерей великих. Она лишь все ответы знает. Она хранит и охраняет в нас то, что так усердно топчем мы ногами. Много сил враждебных человеку на дороге жизни.
— Кто на Пути, тому ничто враждебно быть не станет. Он знает как.
— А земля? А земля?
А земля, малыш, она другая, чистая, святая Земля. Так тесно с ней соединились наши тела. Но чаще мы соединены с вещами. Ах, если б человек соединиться смог с телом той истинной Земли! Сейчас имеет тело он Гагтунгра, да и страна Гагтунгра тело полностью взяла.
— Ты понимаешь, ребенок, пойми, земля в ожидании тебя и тебя, но тебя в ожидании свободной.
— Что свобода ему может дать человеку?
— Великая Честь может только свободною быть и Слава. Величие ЧЕСТИ с больших букв. И тогда ничто, никак. Человека Славы и Чести поработить нельзя.
— Почему можно поработить?
— Слабые, поэтому.
— Но силы где им взять?
— А где вы ее ищете? Где ищешь силу, друг мой? Разве там? Разве ты в Чести ищешь силу или в Славе? Величие Духа, там ты не будешь рабом, тогда ты свободен, ты выше, но держишься здесь. Впился зубами и руками вцепился, и очи направил свои ты во что, человече? Несчастный, куда вперил взгляд? В глубину океана, где слезы текут, в глубину тех несчастий, что создали люди. Не беги, но неси, но неси. Можно выше быть, можно выше идти. А мы грязь собираем, а мы в ней пребываем и не страдаем. Не умеем мы страдать. Страдание великое чувство, которое очищает. Страданием человек велик и свят, а мы в страдании лишь хнычем. Презрительно к нам будут относиться. Даже враг уважает страдание души человека. Страдание чести, попранной славой святого. Если так, человек, не опасно тебе.
— Господи, как больно соглашаться, но понимаешь, это так.
— Да, агония, агония мертвых, мертвечина, везде она. Вот в чем ужас происходящего сейчас — запах разложившегося. Ты смотри на тела, они должны и создаются из Святого, но матери там нет. Одутловатость и отечность, отек сознания, отек в душе. Если на физическом плане вы этого не видите, то на тонком плане тела гниют. В конце концов, поймите это, оно гниет, оно гниет или цветет.
— Но что же делать? Как помочь, спасти, спасать? Я вижу это разложение и не ищу виновных, но где-то есть начало новой жизни.
— Иначе нельзя, не будет человек ценить то, что с легкостью дано ему. В поту, в тяжком труде он должен сам себя творить, новый родиться должен человек, и лишь тогда, и лишь тогда цену себе он сложить сможет. Есть счастье, есть свобода, свобода духа и полет души. Раб самого себя, так много говорят и пишут о том, чего не могут, не хотят познать. А познавание, а познавание, друзья, возможно…»
Ну и чуть-чуть тогда.
«Хотелось бы открыто жизни посмотреть в глаза. Откроются все тайны Жизни, и чудеса наполнят всю тебя. Деревьев веточки живые, пыльца цветка, на нем пчела, а жизнь течет, не зная края, и в ней звучит мелодия Тебя. А если стыдно мне в глаза ее взглянуть, я оправданий не ищу. Но все напрасно. Откройся сердце, распахнись, повсюду жизнь, она прекрасна! Она звучит мелодией сердец, она звучит по всей планете! Смотрите, люди, всюду жизнь! Дороже есть ли что на свете.
Да, есть. Есть Бог и скорбь Его, и боль Его, Его печали, и человек. Он изначален. Искра. Помните? Атом – Искра. В ней я, в ней жизнь Твоя, в ней жизнь моя.»
Спасибо. Спасибо Миру за эти Уроки, за эти стихи. Они ведут меня, они ведут многих из нас, открывают Путь. Уже не дорогу, а Путь. И для кого-то может быть вот ту тропиночку, ту пока ещё тонкую-тонкую, но она потихонечку-потихонечку превращается в Путь, в Путь к самому себе.
И это возможно. И я думаю, я говорю это для тех людей, которые хотят встать на эту тропиночку, встать на ту тропу, на ту узкую-узкую тропу, где нет искажений, где просто есть жизнь, Большая Жизнь, и ты в ней. И ты в ней. И ты есть эта Жизнь.
Что еще можно сказать…