«Мы знаем, человек – дитё рождённое от Бога, а нас хотят уверить, что он раб.
— Он раб своих поступков, не себя, но поступки идут из глубины его.
—Нет, он Бог, он Божие творение и может поступать по выбору свободы.
— Свободный человек не ждет любви и не нуждается в заботах. Заботы у него иные. Заботы заключаются в трудах, в его работе.
— Есть Бог и искорка его, и боль его, его печали, и человек он изначален.
— Да, это так. Он искорка Его, Ее и всех стоящих в колыбели. Искра любви Отцов и Матерей великих. Она лишь все ответы знает. Она хранит и охраняет в нас то, что так усердно топчем мы ногами.
— Много сил враждебных человеку на дороге жизни.
— Кто на Пути, тому ничто враждебно быть не станет. Он знает как.
— А земля?
— А земля, а земля, Малыш, она другая. Чистая, Святая!!!
— Земля, так тесно с ней соединились наши тела. Но чаще мы соединены с вещами. Ах, если бы человек соединиться смог с телом той истинной Земли. Сейчас, имеет тело он Гагтунгра. И страна Гагтунгра тело полностью взяла.
— Ты понимаешь? Ребенок, пойми, Земля в ожидании тебя и тебя и тебя, но тебя в ожидании свободной.
— Но что свобода ему может дать, человеку?
— Великая Честь может только свободною быть. И СЛАВА, ВЕЛИЧИЕ и ЧЕСТЬ из больших букв. И тогда ничто, никак. Человека Славы и Чести поработить нельзя.
— Почему можно поработить?
— Слабые. Поэтому.
— Но силы где им взять?
— А где вы ее ищете? Где ищешь силу, друг мой? Разве там? Разве ты в Чести ищешь силу или в Славе? Величии Духа!!! Там ты не будешь рабом. Тогда ты свободен, ты выше. Но держишься здесь. Впился зубами и руками вцепился. И очи направил свои ты во что, человече? Несчастный, куда вперил взгляд? В глубину океана, где слезы текут. В глубину тех несчастий, что создали люди. Не беги, но неси. Можно выше быть, можно выше идти. А мы грязь собираем, а мы в ней пребываем и не страдаем, не умеем мы страдать. Страдание — великое чувство, которое очищает. В страдании человек велик и свят, а мы в страдании лишь хнычем. Презрительно к нам будут относиться. Даже враг уважает страдания души человека, страдания чести, попранной славы, святого. Если так, человек, не опасно тебе.
— Господи, как больно соглашаться. Но, понимаешь, это так.
— Да, агония, агония мертвых, мертвечина, везде она. Вот в чем ужас происходящего сейчас, запах разложившегося. Ты посмотри на тела, они должны и создаются из святого. Но Матери там нет. Одутловатость и отечность, отек сознания, отек в душе. И если на физическом плане вы этого не видите, то на Тонком Плане тела гниют. В конце концов, поймите это. Оно гниет или, или цветет.
— Но что же делать? Как помочь? Спасти? Спасать? Я вижу это разложение и не ищу виновных. Но где-то ж есть начало новой жизни.
— Маленькая, иначе нельзя. Не будет человек ценить то, что с лёгкостью дано ему. В поту, в тяжком труде он должен сам себя творить. Новый родиться должен человек. И лишь тогда, и лишь тогда цену себе он сложить сможет. Есть счастье, есть свобода. Свобода духа и полет души.
— Ах, Боже мой, раб самого себя! Так много говорят и пишут о том, чего не могут, не хотят познать. А познавание возможно.»
Я прочитала сегодня Урок. Один из многих-многих сотен Уроков, которые я получила за эти 30 лет. Он был дан мне тоже много лет назад. Много. Ну, не меньше 20 лет назад. Что изменилось в этом мире за эти годы? В лучшую или в худшую сторону? Вот думаем, думаем. Познавание возможно…
Вот ребята, есть о чем нам подумать, есть о чем. Мы стоим на пороге не понимая этого. Вроде бы и где-то там вроде на словах, вот где-то внешне вот какая-то волна идет, докатывается до нас и уходит. Это волна понимания наша. Она доходит до нас и почему-то уходит. Ну не только. Я не говорю о членах Интеграла там то-то. А вот до человечества. И уходит. Вот такой наш, мой сегодня Урок, наш Урок.
Мне Урок, нам — Урок.
Спасибо, ребята.
Доброго дня.