государство, новые дети рождаются на планете Земля у матери-Геи и у отца-Зевса. Зевс – Отец. Ну, открой Олимп. Зевс грозный, суровый Зевс. Суровое время ждёт планету. Суровое время ждёт вас. Но Зевс и любящий. Он суровый отец, но любящий.
Предстоит много. Много чудес. Много чудес. Много чудес увидите вы. И члены клуба в том числе. Они предстанут перед всеми нами в естестве своём, в прекрасном свете и сиянии. Запомни, Лю, – в прекрасном свете и сиянии. В конце тоннеля нет света. Там есть воскресение. Воскресение повешенного. Его распяли – и он воскрес! Вы не бойтесь, ты не бойся.
Ребёнок рождается в муках. Но эти муки забываются матерью сразу после рождения. Ребёнок будет приложен к груди Божественной Матери. И сладкая нега разливается по её телу вместе со сладостной болью. Он ещё не родился, но он уже. Он уже вот-вот. Ну чуть. Он идёт головкой. Вот его голова, вот его плечи. Плечи уже здесь, плечи уже на воле. Грудная клетка здесь, на воле. И грудь. Ещё он не вздохнул и не набрал ещё достаточно силы, достаточно кислорода, чтоб совершить действо полного воскресения.
Живот. И в животе его проблемы и вас проблемы. Не ваши, а вас проблемы. Куда деть ненажерливых? Куда их деть? Куда деть ненасытность? То качество, которое исправить надо? Поэтому сейчас парадокс. Парадокс. С одной стороны, они грабят, и уничтожают, уничтожают, уничтожают. Как колесо. Другие стают на это место. Колесо поднимается, поднимается. Встают они лишь для того, чтоб также опуститься в ничтожестве своём. В ничтожестве своём.
Вы, люди, разве не увидели закономерность этих процессов? Они идут на ваших глазах и в вашем мире и в ваших странах. Разве вы не увидели этот процесс?