как? Ведь где-то в центре нашего сердца Ты, а по окружности материнское сердце разлито. Болит. Болит и трепещет. Но часто кровавыми сполохами видимо оно. Мы виновники сполохов тех, ужаса того, который пронизал всё вокруг и достает нас же самих до каждой клеточки. Оно, а не Бог наказывает, наши же прегрешения возвращаются к нам. Не спрашиваю, как избавиться от прегрешений. Не спрашиваю. Ничего не спрашиваю. Прошу только: поддержи в этой работе, научи назад не пятиться, научи на месте твердо стоять перед Тьмою великой, которой легион имя. Выстоять, выстоять. И я знаю – тогда исчезнет тьма великая, рассеется.
На людей смотрю, а в себе ещё больше греха, темноты наблюдаю. Как с этим идти по жизни? Как нести этот груз тяжкий? Господи, смотрю в глубину свою и вижу – изъедено Древо мое. И мною, и предками, членами Рода. А как же мы еще могли жить, по-другому не умеем или не хотим. Вот пробую. Жалкими попытками моя жизнь заполнена сейчас, жалкими попытками спасти то, что еще остается в неприкосновенности. Жалкими попытками вымыть эту грязь. Понимаю, много грязи, но ее можно мыть, ее можно вычищать. Да, я допустила ее. Да, предки мои. Да, да, да, да! Грех не только Евы, это наш грех, это мы. Если бы только Ева! Мы бы увидели тогда его и не повторили. Уроком стал бы. Ан, нет! Не стал он уроком, потому что в нас он, это мы – этот грех. Вот пробую, как умею – совместить себя в этом мире и себя в Твоём мире, Господь, потому что един он, и Ты везде здесь. Разлито Твоё всё. Но и мы Твои все, в сердце Твоём, в Разуме великом Твоём, в теле Твоём, в жилище Твоём, в Пространстве Твоём, во Времени конечном, а, может, и в Бескрайности – тоже.
Никуда от нас не деться. И единственный выход нам – работа и работа по спасению малых лучиков Твоих, что внутри нас светятся, огоньками горят у многих, угольками